Статский советник Евграф Тулин [сборник] - Георгий и Ольга Арси

потрачены. Не для того из Воронежа агенты прибыли и поселились у нас в губернии. Я в столице не зря был. Скоро с Женевы газета, революционная, начнет поступать, называется Вольное слово. Вот её и пусть распространяют среди рабочих, интеллигенции, обывателей. Конечно, с соблюдением жесточайшей конспирации. А мы будем переписывать желающих её почитать и тех, кто её распространяет, за исключение наших агентов. Всех на карандаш, потом за всеми надзор. Возможно и кого серьёзного вычислим.

– Что за газета такая? Зачем нам революционную пропаганду проводить? – уточнил у генерала помощник.

– Газета, Иван Иванович, революционная, хорошая. Задумана известной вам «священной дружиной», возглавляют которую самые именитые государственные чины. Министр двора и уделов граф Воронцов-Дашков, министр внутренних дел граф Игнатьев, обер-прокурор синода Победоносцев и другие не менее уважаемые люди. Как вы знаете, все в этой организации, как один- монархисты. Там и военные и гражданские чины имеются. Но военных больше. Вот они и придумали специальную газету-наживку. Под неё деньги выделены государственные и большие. Она является обманной, фиктивной газетой, с целью борьбы с революционной пропагандой. Давно уже выпускается. Только к нам в губернию пока не направлялась. Я убедил что нужно. Поэтому, со следующего месяца, тридцать экземпляров будет прибывать с соблюдением строжайшей конспирации. Перевозить и передавать в кружок будут секретные агенты «священной дружины», внедрённые в революционное движение. Не вздумайте изъять где-нибудь по дороге доставки. Об этом знаю я и теперь вы, больше никому, поняли? Операция секретна, полицию не информируйте. Посмотрим, как работать будет. Через какое время полицмейстер нам доложит об этой газете. Ради этих экземпляров к самому товарищу министра, фон Плеве, ходил. Хорошо, что Вячеслав Константинович к нам уважительно относится. Он же у нас в Туле три года отработал, был товарищем прокурора в окружном суде. Если память не изменяет, с 1870 по 1873 год. Так вот, в этой газете всё продумано, чтоб оппозиционеров с истинного пути сбить. Многих дискредитировать. Да и сам факт её укрытия и изучения даёт нам право на арест, при необходимости. Теперь поняли?

– Теперь понял, Александр Иванович! Разрешите продолжить? – ответил удивлённый помощник.

– Давайте дальше, по пункту второму, – строго ответил Муратов.

– Сект, запрещенных сборищ, расколов всяких по религиозным мотивам не выявлено. Можно предположить, что или нет их вообще, в губернии, или тоже все присмирели после арестов и проверок в прошлом году. Тогда, когда общество скопцов выявили после кражи документов на императорском оружейном заводе.

– По ним проблем больше не должно быть. Десять человек отправлено в тюрьму, в Белёвский замок, трое на каторгу, некоторых предупредили. Вот же страшные люди эти скопцы. Сами себя кастрируют. Чего только на белом свете не увидишь. Ну я думаю с ними все ясно и на долго, – ответил начальник жандармского управления.

– А как там граф и графиня, Бобринские-Брежнёвы? За ними надзор должен быть постоянный! Особенно за либеральной Ольгой Владимировной! – после минутного раздумья продолжил Муратов.

– Надзор ведем, как вы и приказывали, с прошлого года. Ни в чём противоправном не замечены. Пётр, как и раньше у начальника оружейного завода генерала Бестужева служит в помощниках по особым поручениям. Ольга Владимировна, по-прежнему преподаёт в женской гимназии французский и британский языки. Наш агент информировал, что имеет мысли переехать в Москву, якобы для изучения лекций профессора Чичерина. Тот избран городским главой в этом году, однако будет продолжать курс своих лекций по философии и русскому праву. Переписку ведут с Тулиным. На рождество, в Москве, у него оба гостили.[13]

– Хорошо. Что по пункту третьему? – уточнил Муратов.

– Особого лихоимства нет. Однако иметься донос на губернского чиновника управления общественного благоустройства губернского присутствия. Берет взятки с посетителей под видом государственных податей. Берёт деньгами, но не гнушается и подарками, и услугами.

– А губернатор знает о казнокрадстве?

– Не готов доложить, ваше высокопревосходительство. Может знает и глаза закрывает, и имеет что-то с этого. А может и не знает. Трудно сказать и предположить, – ответил помощник.

– Подошлите агента. Пусть попросит что, да и посулит денег. Если возьмёт, будем закрывать. У губернатора я сам уточню потом, что с ним делать, – приказал генерал.

– Будет исполнено! Рабочее законодательство исполняется. Нареканий нет. Иностранных граждан на территории губернии нет. Приезжих немного, пятьдесят человек. Из них двадцать по торговым делам, остановились в гостиницах. Тридцать прибыло из ближайших деревень, на заводы на сезонную работу. Документы у всех в порядке. Поселились в ночлежках. Большее количество в районе Чулковки, там к заводам ближе. Крупных мошенничеств за этот срок не выявлено. Так, по мелочам. По-прежнему артели нищих с Чулковки и Всехсвятских окрестностей понемногу промышляют. То оловянные часы за серебряные кому-то продадут, то медь за золото выдадут. Тут на днях казус, с Чулковским «Сочинителем», произошёл. Так-то он особой наглостью не отличается, не докучливый, спокойный, малым довольствуется. Написал он письмо об оказании ему возможной помощи в адрес одного зажиточного мещанина, в том числе с рассмотрением его кандидатуры на сватовство дочери. Через день узнав, что к нему прибывает какой-то уважаемый гость, как положено прибыл к дому в надежде, что ему подкинут денег, что б не мешал. Только не учел бедолага, что гость свататься приехал, был сильно избит, даже слегка покалечен, в ходе потасовки сломал палец на руке. Естественно, обратился в полицию, за ущербом в его сторону, со стороны мещанина.

– Ну вот видишь! Какая разница. Не дали сразу, заплатят ущерб, в сто раз больше потом. Мошенник сейчас же в суд обратиться, эти «Сочинители» на том и живут. С кого бы какую копеечку правдами и неправдами забрать. Кто там сейчас старшие артелей? – уточнил Александр Иванович.

– Всё по-прежнему, на Чулковки – Феня-король нищих, на Всехсвятском – Санька-солдат. Ведут себя прилично, лишнего не загребают, в уголовном не замечены. Артели у них человек по десять – пятнадцать. Промышляют в своих окрестностях, на закреплённых и поделённых территориях.

– Продолжайте!

– Пять общеуголовных дел. Два рабочих самоварной фабрики Баташёва подрались между собой, пьяные. Один другого порезал ножом. Второе, на вокзале, ограбили купца из Москвы, карманники обчистили, полиция занимается. Продолжается конокрадство, ещё двух лошадей увели со дворов, по-видимому, цыгане. Одного коня помещик Трескин пытался похитить, у купца второй гильдии Фролова, сейчас у золотой молодёжи это как спорт, развлечение такое. Многие этим балуются, только для Трескина плохо окончилось. Его, приказчики купца изловили и хорошенько отдубасили. Сейчас при смерти, дома лежит. Но это всё ничего, есть и плохие новости. Ориентировка пришла и к нам, и в полицейское управление, по розыску беглого. С Орловской тюрьмы сбежал осуждённый на каторгу. Непростой сиделец. Бывший дворянин с города Белёва, офицер-кавалерист, уланского полка. Распоряжения по поиску, в губернии отданы. Агенты и филеры проинструктированы, ориентировка в почте у вас.

– Сколько раз говорить вам, не филеры, а филёры! Когда бежал? – раздражённо, уточнил Муратов.

– Десять дней назад, прям из тюрьмы. Надзиратель помог. Найти бежавших, пока не могут. Подробности не известны.

– Почему так долго не сообщали? – спросил генерал.

– Не готов доложить. Скорее всего, сами знаете из-за безалаберности подобное случается. Вначале искали сами. Затем боялись доложить. Всё как обычно.

– Как всё произошло? – уточнил начальник управления.

– Информации нет, – доложил помощник.

– Пошлите запрос в Орловскую тюрьму. Пусть подробно опишут всё что произошло.

– Будет исполнено, – ответил Иван Иванович.

– Что у нас нового в театральной жизни и по остальным зрелищам для публики и высшего общества?

– Нового по зрелищам ничего нет. Только вот к нам в город, гастроль ожидается, из Крымского театра. Труппа прибывает из Крыма, из Симферополя. Дата прибытия неизвестна пока, директор обещал своевременно сообщить о прибытии и список актеров и актёрок непременно подать. Сказал, что репертуар состоит в большей степени из драм и комедий, костюмных пьес и опереток. Он помнит насколько ваше высокопревосходительство уважает театральные действия. Обещал лучшие места, рядом с губернатором.

– Сколько раз говорить вам не «актерка», а актриса. Да и понятно, вы театр не любите, считаете только средством отвлечения публики от житейских проблем. Напрасно, надо посещать, развиваться. Это новость хорошая. Посмотрим, что за чудную постановку привезут гости. У них там в Симферополе театр известный, имеет